Отзывы

#7 |
Maili Mikkonen
17 сен 2018
Dear Radik,

Thank you very much for a present, clay bird is niceIloiset kasvot
And great thanks you for your onganized trip for our group.
The group liked Kargopol and Kenozero. They were very satisfied and happy.

Maybe a new tourist group is coming to Kargopol area in next summer.

I wish you a good autumn and hopely we´ll cooperate trips to Kargopol in future.

With kindly regards,
Maili
---
Уважаемый Радик,
 
Большое спасибо за подарок, глиняная птица хороша. Илоисет kasvot
И большое спасибо за вашу организованную поездку для нашей группы.
Группе понравились Каргополь и Кенозеро. Они были очень довольны и счастливы.
 
Может быть, новая туристическая группа приедет в Каргопольский район летом следующего года.
 
Желаю вам хорошей осени, и мы надеемся, что в будущем мы будем сотрудничать с Каргополем.
 
С любезными пожеланиями,
Майли
#6 |
Елена Ремизова
20 авг 2018
Здравствуйте.

Я недавно отдыхала 3 дня в Каргополе.
Мне все очень понравилось, я с интересом узнала много нового. И хотя со временем что-то забудется, но останутся общие впечатления от поездки, а они замечательные.

Только я бы хотела высказать пожелание, касающееся Полкана. К сожалению, никто на экскурсиях практически ничего не рассказывал о том, откуда взялся такой персонаж. Только то, что это мужик, который так долго пахал, что сросся со своим конем. В Москве в музее я случайно увидела русский лубок Бова королевич поражает Полкана богатыря. Оказывается, Полкан - это герой старых русских былин, несколько забытый по сравнению с тремя богатырями. Было бы неплохо узнать об этом на экскурсиях, ведь это тоже часть нашей культуры. А сказки любят все. :)

Желаю Вам и всей вашей фирме здравия, благополучия и процветания.

С благодарностью, Елена Ремизова
#5 |
Михайлова Инна
14 авг 2018
Баранье воскресенье
Огромную благодарность хочу выразить всем сотрудникам Турбюро ЛАЧЕ, Радику Аднобаеву и Леониду Ивановичу за душевную встречу, замечательные очень познавательные экскурсии по красотам Русского Севера, вкуснейшие обеды , замечательную творческую встречу в Берегине и невероятный праздник Баранье воскресенье. В прошлом , 2017году, я рванула в Каргополь , потому что давно хотела увидеть этот старинный город. Увиденное превзошло все мои ожидания- красивейшая природа-река Онега, неповторимый город Каргополь, деревянные храмы Каргополья, а главное душевные люди, которые делают доступной всю эту красоту. В этом, 2018 году, я даже не раздумывая, снова позвонила Леониду Ивановичу и смогла провести 3 замечательных 3 дня в Каргополе. Надо ли рассказывать о том, какой прекрасный и душевный и вкусный праздник Баранье воскресенье ? Думаю, это сложно- надо присутствовать...Просто счастлива, что узнала о таком месте, повстречалась с такими людьми... и конечно, очень-очень хочу вернуться... Обязательно выберу более длительное путешествие или приеду в гости... Спасибо, спасибо Вам огромное!!!
#4 |
Илья mix
15 апр 2018
Лыжная экспедиция по Поонежью
Разыскивая перед походом место ночевки перед г.Онегой я постучался в профиль к Максиму в интернете.
Предомной предстал Макс обнимающий поезд- видно новая работа. Мы чуть чуть поболтали, но ночевки так и не нашли.

Дальше был мост. Онежский мост. Железнодорожный мост. Символ памяти.
У человека счастливого нет прошлого.... мосты в памяти позволяют не перебирать все воспоминания подряд а сразу же соединятся с ярким временем в прошлом. Нейронная сеть мостов.

На онежском мосту работали железнодорожники и где то из глубин мозга выплыло неясное предчувствие, еще не оформленное в слова, но тревожащее душу.

- Вы знаете Макса?
- Нет.
- А по мосту перейдти можно?
-Да. тут другого пути нет.


Втягивая нашу перелетную лыжную стаю в русло стремится река Онега на север. Здесь в среднем течении привольно и широк её бег. Высокие горы отодвинулись от берегов в горизонт, укрылись лесами и сурово поглядывают на нас из далека. Рано ты летишь перелётная лыжная стая: впереди неласковое море не замёрзло для лыжни и не вскрылось для весны. Середина на половину наехала. И у нас середина Онеги отмечена Пияльским архитектурным ансамблем.

Стартовая площадка Пиялы сначала манила нас ракетами церкви и колокольни. Грозно смотрели они в голубое февральское небо, украшенное единым солнышком. Как подошли -увидели, что колокольня уже "запущена"- внутри, под лесами, колокольни не было. Улетела поди! Глянул для надежности карту а на ней написано церковь Вознесения Господня- внутренне улыбнулся правильности ассоциации с космическими войсками.

Солнце скатывалось к далеким карельским лесам и рвалось рыжим светом в фотоаппарат. Мы топтали горку из реки в Пачепельду к церкви Михаила Архангела. И на самой маковке горы солнце оказалось ниже нас. Оно глядело из-под застерхи церкви, проливалось малиновым цветом по заметенным огородам, и, казалось, что оно не выдержит и вот вот упадет за край леса и лес загорится.

Крыша Михалы Архангела ныне сияла прямизной линий. Четыре года назад когда мы проходили здесь в первый раз она лихо была закручена с углов сруба. Виной тому был сняряд еще в Гражданскую войну попавший в церковь. Снаряд пролежал весь советский век пережил времена когда церковь работала, когда церковь стала клубом, пережил и вечерние танцы под гармонь и гараж и перестроечное запустение. И вот теперь на заре капитализма попал в лопату архитекторов которые приехали церковь восстанавливать. Архитекторы вызвали сапёров. А те в свою очередь констатировали- "Старость не радость" и стало быть старому снаряду судьба быть похороненому в церкви. Приладили свежее взрывное устройство обложили сняряд дерном и ухнули! Хорошо ухнули. Церковь устояла, только кровлю словно шляпу в благодарность приподняла, да на место не поставила. Ну рад встрече и прощевай! пока!

И пока мы пробирались через Пачпельду в Каску, пока катились с высокой горки снова на лед тем временем приключения случались с нашими экипажами машин поддержки. Наши машины ушли на разведку места ночевки в деревне Большой Бор. Здесь их встретила глава администрации Чекуевского поселения Елена Михайловна Олферова. У Татьяны- нашего водителя, что-то екнуло в груди до боли знакомое. Когда приветственные заверения с двух сторон были завершены, все сели по машинам и поехали к дому. Тут у Татьяны взыграло ретивое: тот самый угор и тот самый дом в котором она бывала лет двадцать назад. Тут хочешь- ни хочешь надо признаватся!
- Лена!
- Таня!
Подробности обнимашек, взаимных слез и радости стыдливо скрыли двери двухсотлетнего дома. Хозяйка с подружкой скинули эти двадцать лет на раз и разговорам было несть числа.

Когда прибыли мы Елена с Татьяной счастливые носились по дому и словно два зеркала отражали радость друг в друга и в окружающих. Заразительность их встречи была такой искренней, что мы тут же заболели поисками другой встречи. И стали выспрашивать кто да откуда. И ведь таки нашли! Меня!

На вопрос Откуда? я обычно начинаю ответ что с Северной Двины, с Красноборского района из села Черевкова.
Вот когда прозвучало "из Черевкова" тут случилась мхатовская пауза.
-Как? Из Черевкова?
И тут на сцену небольшой северной кухни вышла Анна, подруга Елены.
-А фамилия как?
-..........
-Так что ли Зои Николаевны сын?
-Сын!- сознался я
- А я Ады Александровны дочь!
Неисповедимы пути Господни и на берегах великой Онеги встретились два уроженца одного села с берега другой великой реки Двины.
Анна училась в классе у моей мамы, а я бегал дошколенком под воспитательством её матери.
Один раз я даже был у Ады Александровны в гостях и меня мелкого угощали эклерами с заварным кремом. Не помню подробностей зачем мы туда ходили но вот эклеры помню хорошо.

И здесь в Большом Бору довелось мне попробовать родимой выпечки.
Дуализм хозяек был на лицо- Анна дополняла Елену, Елена дополняла Анну.
Анна готовила тесто, Елена руководила большой русской печью. Добрые черевковские плюшки загнулись хрустящей корочкой в онежской печи. Гости которыми были завалены все диваны и даже пол два раза принимались плюшки "ись", набиратся плюшевой силой, но так и не смогли скушать полный комплект. Передохнули ночь- утром остатние плюшки приговорили.


********************************************************************************************************************


- Вы знаете Макса?
- Нет.
- А по мосту перейдти можно?
-Да. тут другого пути нет.

Мы вываливаем вещи. Бесконечные лыжи, остроконечные палки. Ловим в фотоаппарат солнце и мост, мост и реку. И гремим башмаками по железну соединяющему берега. В это время к железнодорожникам приезжает мастер.

- Вы знаете Макса?
- Да. Он на станции работает поезда водит.


Знакомство с Максом началось давно и как ни странно оно началось на железной дороге. Тогда мне выпала честь ехать в детский лагерь "Артек". Честь не то что бы сильно выпала, но тот кто должен был ехать в "Артек" толи заболел, толи отказался. Месяц поездки был жаркий ноябрь. "Горящая" путевка выпала мне. Требовалось быстро собрать необходимые справки. Черевковская поликлиника силами одного- двух врачей расписала мне весь обходной лист. И вот уже выдав сорок рублей на карманные расходы мама сажает меня в поезд на станции Коноша. Меня принимает "под расписку" какая-то вожатая и я уношусь в горячую симферопольскую даль. С Максом я познакомился в поезде. "Из Онеги"- сказал просто он. Меня же мой адрес всегда напрягал в нем помимо индекса звучала область, район, село, улица, дом и квартира и это было очень многобуквенно. Перестук вагонных колес стер из памяти детали поездки осталость только мороженное в 300 грамм купленное за 20 копеек на Киевском вокзале и огромные соляные озёра при вьезде на крымский полуостров. Мороженное оказалось очень большим, но я его всё равно сьел. А соляные озера у меня ассоциируются с пачкой соли производства "Артёмсоль". На месте нас распределили в лагерь "Кипарисный" и получив казенное обмундирование в виде голубой куртки и штанов мы с Максом отправились в спальный корпус занимать положенные нам шконки.

С другой стороны корпуса прямо на море глядела столовая, где подавали черную икру. Икру я ел. Щучью, окунёвую, лещёвую и самое главное ершовую. Мы ловили ершей зимой и запекали их засунув палку в пасть. Ерш трескался и иногда в нем была икра.
Черную икру я еще не пробовал. По рассказам родителей я знал что это деликатес и как бы заранее её любил. Черная икра должна была быть на хлебе с маслом, ровными рядам. И кажется так оно и было. Я не влюбился,но попробовав не испытал отвращения.

Я был младше Макса на один год. Во времена двенадцатилетних-это огромная разница в возрасте. Но мне повезло в тот год я вытянулся и был выше Макса на голову и со мной обращались как со взрослым. Эту разницу в росте и использовал Макс когда позвал меня "бится" за девчонку. Легенда состояла в том что в Максовой голове уже роились девчонки, и на какую-то из них возможно как раз архангельскую он запал. И на "стрелке" мы должны были обсудить почему другим пацанам нельзя встречатся с НЕЙ. Мне досталась роль "крыши"- быковатого урода, что стоит за спиной главного героя. Я никогда не был толстым, а тогда я был просто дрищем чуть подлинее остальных и Макс- тогда просто мелкий дохляк.
Авансценой служил переход между столовкой и спальным корпусом. С одной стороны переход порос кипарисами а с другой стороны была стена. Ночи на юге темные.
С нами отправились какие то заинтересованные личности, с противной стороны тоже подвалила компания таких же дрищей в голубых куртках. Визави Макса был выше и толще его. Он был как раз мне в пору. По неписанным правилам мужского этикета разговаривали они один на один в присутствии толпы слушателей. Соперник Макса, видимо проигрывая на словах, стал вызывать своего "быка" чтобы Макса наказать.
Тут проснулось обостренное чувство справедливости в дело вступил я. Мы два дрища - "быка" отошли в споронку и поговорили на тему: "Ты что то лично имеешь против?- Нет?- Тогда пусть они разберутся сами. Ты никого не трогаешь и я не буду."

К тому времени когда наша воспитательная беседа закончилась, закончилось и общее противостояние. Макс и его оппонент разошлись. Мир победил. Горячая кровь била в голову и мы шли с пьянящим чувством победы.

Здесь в Артеке я познакомился с дискотекой и услышал впервые группу "Технология"(Черт- я уже такой древний!). В лагере я стеснялся танцевать. И уже после лагеря решил больше не пропускать дискотек в школе. Что и выполнил неукоснительно до 11 класса.

Здесь в Артеке я побил все лагеря в игру "Снайпер". Это было ответственно, но не трудно. Спасибо моим учителям физкультуры. У нас в школе физра была на уровне и наша аналогичная игра называлась "Перестрелка". Волейбольный мяч пущеный рукой тренированного третьекласника пролетал закрученным пушечным ядром половину спортзала врезался в стену и летел обратно в руки. Наша "Перестрелка" была жестче "Снайпера". Здесь я увидел бескрайний спортзал. Два матча "Снайпера" шли параллельно на двух площадках и еще гдето на горизонте тренировались другие спортсмены.

Здесь в Артеке я изгваздал голубую куртку сбивая шишки Ливанского кедра камнями. Мы же люди северные мы знаем что такое кедр. У меня в деревне рос целый кедровый сад. Сад сосны сибирской дарил нам шишки величиной с кулак. За ними надо было забиратся на верхушку двадцатиметрового дерева. С ливанским кедром эта фишка не прокатила. Он тек живицей и я тоже тек. И шишки оказались далеко на тонких ветвях. Но здесь же горы. Поднявшись на анфиладу выше я оказался на уровне шишек. Пятнадцать метров по прямой,это не пятнадцать метров вверх. Сам бог вложил в руку древнего человека камень и в мою тоже вложил. Лишь бы не было никого внизу, а камней в горах Крыма больше чем шишек. Раза с двадцатого я попал в шишку. Она отвалилась и я за ней скатился с горы к подножию кедра. Шишка была зачетная,размером с волейбольный мяч и весом полкило. Пока я её искал в траве разведал что в лесу прямо в траве живут тараканы. Они бегали по своим делам, а я глядел на них и знал что они есть свободное зло. Дома с ними непримиримо боролись.
Хорошо что за смену нам один раз меняли куртку и я успел походить еще более менее в чистой.

Шишку я привез домой.Через полгода она вскрылась.Семечки оттуда выковыряли. Они гдето хранились. Потом потерялись.
Тараканов я тоже одного или двух привез домой нелегалами. Ну я их не брал, они сами тайком пробрались в сумку.

К середине смены я наконец написал письмо домой. Родители тогда вздохнули свободнее т.к. я никак не обьявлялся и не звонил дней двадцать.Мобильников тогда небыло, почта ходила долго иуже дней через пять после письма я иприехал сам.

В перечисленных и других событиях я уже не помню Макса. Ну может быть когда они в последний день в лагере ходили ночью купатся. Я не ходил. И Макса там не помню.

После лагеря я всем написал письма, и ктото даже ответил , но наша переписка быстро затухла.

*********************************************************************************************************

Поезд тоже как известно едет по лыжне.

Перестук вагонных колес предварил и нашу следующую встречу.

В 8 классе мы бились за честь школы на баскетбольном турнире в Красноборске. Два крупных села два извечных соперника Черевково и Красноборск всегда могли выставить на
соревнования две полноценные команды. И в старших выиграл Красноборск, а в младших- Черевково Победитель ехал играть на зону в Котлас. Почему то наша школа немогла нас
вывезти, годы были трудные и с деньгами было плохо. Тренер Красноборской команды отобрал из младых черевковцев двух лучших игроков, так я попал в Котлас. Тренировали нас с
душой и котласский этап мы прошли. Следующим этапом были зональные игры в городе Мирном.

У моего друга Романа в день рождения в самый Новый год, в клас его отдали на год позже и всегда получалось что он на год старше нас. По регламенту соревнований он уже не
подходил в младшую группу и поэтому ему бал сделан "псевдоним" или как мы тогда называли "подстава"- подставной игрок. Ему в красноборской школе выдали новое свидетельство о
рождении и он твердо запомнил имена и дни рождения своих новых родителей. И под перестук вагонных колес мы покатились.
В город Плесецк мы прибыли в четыре часа утра. Цены в местной гостинице были кусачими и свободных мест не было. Ближайший автобус на Мирный шел в шесть часов утра. Добрая
женщина администратор позволила пятнадцати мальчишкам упасть на диваны в холле и мы словно воробьиная стая замерли не надолго перед решительным броском. Часов около семи мы
вышли на автобус. Ехать было около часу и последние сны мы добирали в автобусе. В полудреме мы прошли пост паспортного контроля. С утра в городе Мирном не работали не
столовые, не рестораны, в единственной гостинице были заняты все места. Дав кругаля по этим злачным заведениям мы вернулись в спортзал, выпили чаю и подкрепились тушенкой с
черным хлебом предусмотрительно взятыми из дома.

Часам к десяти подтянулись и другие команды, среди них команда из Онеги. И в ней соответственно Макс. Здесь на поле мы стали соперниками. Наше противостояние длилось
примерно час и мы таки их победили. Пообщатлись мы с Максом мало. Перекинулись парой слов, а потом у нас снова была игра.
Все соревнования были расчитаны на 3 дня. Но так как ночевать нам было негде наш тренер выбил поблажку- мы играли три игры сегодня и одну на следующий день и ловко
пропускали третий день.

Наши старшие собратья по мячу проиграли, а мы младшие неожиданно для себя вложились и выиграли все три встречи. Самый страшный наш соперник команда Мирного досталась нам на
последний день. И так получилось что команда Мирного проиграла одной или двум командам с которыми бились мы и в турнирной таблице мы оказались на первом месте даже без игры с
Мирным.

Тренера Андрей Шотт и Александр Мерзлый были очень довольны и повели нас в ресторан. Дядьки они были крупные и мне досталось место за их столом. Они заказали по двойной
порции пельменей. Нам тоже чтото было предложено на выбор, но я заказал тоже двойную порцию пельменей. Мою пельменную гору принесли на большой тарелке. Конечно последний
пельмень торчал уменя из горла и я заталкивал его ложкой, но я справился и был этим очень доволен.

Город Мирный тогда представлял собой невзрачное зрелище старые пятиэтажки. Ракета на центральной площади и солдаты подметающие ломами снег. Еще был небольшой рынок первый
оплот капитализма: киоски с пивом в жестяных банках и газировкой в пластиковыз бутылках и жвачка. Мы затарились газировкой и хлебом. А те кто постарше ещё и пивом.

На постой нас определили в том же самом спортзале в кабинете медсестры. Мы натаскали туда матов и застелили весь пол. В спортзале шла тренировка. Мы зависали на балконе. Здесь
я влюбился в бадминтон. Бесттолковое отбивание волана двумя ракетками которым мы занимались у бабушки вдруг стало жёсткой азартной игрой.Свистели ракетки. (что характерно для
города ракетчиков) Волан пчелой перелетал сетку и бабочкой всрпархивал на паркет. Зачастую в последний момент он не успевал коснутся паркета и вновь превращался в пчелу.

Тренера тем временем занимались "вечерней арт подготовкой" с командованием спортзала, дело было сделано и заветные грамоты уже ждали нас оставалось только подписать. Из
спортзала нам было сказано ни шагу не выходить, дабы не попасть на патруль. А чтоб мы не грустили в неурочное время для нас открыли бассеин и дали вволю наплаватся. Белое тело
холодильника спело мне колыбельную и я выпал в сон.

Утреннюю игру мы проиграли. С достойным счетом но проиграли. Затем нас построили вручили грамоты и мы отправились домой. Билетов в один вагон на всех небыло и тренера
рассадили нас по всему поезду по два-четыре человека. Поезд был до Котласа и можно было не опасатся- мимо мы уехать не могли. Нам с Романом досталась бутылка "Фанты" и
буханка черного. Мы ели, пили и ехали.

На станции Кулой две девчонки, стоящие на перроне помахали нам рукой и я немедленно влюбился в одну из них. Не имен не слов мы не сказали друг другу. "Поезд тронулся - я вслед
лишь рукой помахал ей в ответ"- вот товарищ правильно спел. Из всего милого образа осталась красная куртка и синяя вязаная шапочка. Но и это согревало всю оставшуюся дорогу.

На перроне в Ядрихе почти все были в целости и сохранности. Тренера держались молодцом но один из старшекласников слегка перебрал мирного пива. Ему были обещаны все кары небесные.Но только по приезду домой.

********************************************************************************************
Разминулись мы и в тот первый раз когда я побывал в Онеге.
Начальник позвал меня с собой указав окончательную точку прибытия остров Кий.
Дело было в пятницу и наскоро выпросив это приключение у жены я после обеда отбыл. В моей голове чтото переклинило и я был уверен что еду на остров, но только в Кижи. Несколько смущеный я увидев дорогу совершенно в противоположную сторону ,вдруг узнал что мы едем на Кий.
В кармане было 100 рублей, одежда только что из офиса, а приключение уже началось.
По прибытию в г. Онега мы пообедали и я помчался в магазин купилвсем по тарелке и по кружке и себе 100 метров лески и крючки.
Мы ждали катер, а катер ждал полную воду. В Белом море в отлив катер прячется на глубине, берег значительно обнажается. За вынужденным бездельем я накопал червяков и принялся бродить по городу. И вот когда урочный час был близок я подался в порт и подороге встретил Макса. Он шел на встечу и на голову был выше меня. Узнавание пришло после того как я сделал еще десять шагов проскочив Макса. Прилив нельзя было отменить или удержать. И после поездки я рыл интернет и нашел его. Так я вновь познакомился с Максимом.

*******************************************************************************************************


Река Онега в Пороге заперта крутыми скалистыми берегами и прорываясь через них она шумит и недовольствует. Редкие закрайки льда напоминают о том, что сейчас разгар зимы и
февраль.Мост без опор он свободно висит метрах в 40 над водой. Никакого сплошного полотна дороги нет. Есть железные балки, поперечины всевозможные угловатости и неровности.
Внизу река ворвавшись в узкую расшелину постоянно уносит волны и воронки. И жутко и страшно идти. Кажется нет ни какой опоры словно падение в пространстве.

Река снизу хочет поглотить всё живое- горы хотят схлопнутся и только мост силой инженерной человеческой мысли удерживает это хрупкое расновесие от коллапса. Но нам не легче:
дорога однопутная и даже здесь на крепком металле мысль убегает за поворот железной дороги откуда должен появится поезд. Места спрятатся от поезда немного- небольшие
балкончики между распорками моста.

Противоположный берег встречает нас в свои крепкие обьятия- страхи позади зависли в тройной точке бифуркации железа воды и земли. Скидывая последнюю дрожь мы устремляемся на
лыжах в доль железной дороги. Дорога обвила петлями местные скалы, закидала насыпями овражистые речёнки. И по моему инженерному убеждению должна была быть самым коротким путем
до станции Грибаниха от которой нам предстояло идти в лес.

Февральская железная дорога уже вовсю готовилась к весне. Снег вблизи пути подтаял от нагрева солнца и проходящих поездов и замерз. Снег был щедрой рукою усыпан углем и
пеплом. Езда по этой абразивной поверхности умиляла меня мыслью "Ой, не стереть бы пластик за предстоящие шесть километров до Грибанихи"

Мост скрылся за чередой холмов а мы продолжали двигатся в распадке образованном железной дорогой. Не влево не вправо было особенно не убежать над нами возвышались горушки.
Горушки были присыпаны пухляком по которому ходить не в пример труднее. Замыкающему я попросил держать ухо востро: вдруг из заповорота выскочит поезд, нам надо будет
ретироватся от путей.

Поезд не замедлил появится: сначала он прогудел где то перед мостом призывая к бдительности. Звук разнесся по ущелью реки и вперед по путям. Звук заглядывал в потаённые
закутки леса заставляя зайцев сёживатся, а ежей сзайцеватся. Лыжники тоже восприняли общую панику сбежав от путей на пять семь метров на сколько позволяла горка.

Помните первый фильм братьев Люмьер«Прибытие поезда на вокзал Ла-Сьота» - целая эпоха вкатилась на безлюдную сцену и была паника и была давка и кино пошло дальше семимильными
шагами.

Нашим экраном, нашей сценой были снега. Кулисы - Леса. Софит был один- Солнце. Я шел на эту премьеру. Я знал что она точно будет. В глубине души лелеял огонек, что на железной
дороге я увижу Макса. Мысль эта была слаба и закрыта плотными шторами реализма и опытом гида. Но там в глубине прагматичной башки шевелился маленький червячок ждущий чуда.

И вот мы в первом ряду: пять- семь меров от пути. Нарастает свист и шум и отбросив очередной снежный холм на авансцену выплывает тепловоз. Как командир командиру я вскидываю
руку и отдаю честь тепловозу. И с удивлением обнаруживаю на месте машиниста Макса. Меня узнать было сложно за черными очками и небритой физиономией. Плюс ко всему в группе
девчонки всех расцветок снегоходных курток и я там в их массе не особо виден.

С величественным грохотом проносятся сорок вагонов подвижного состава а я все пребываю в легком замешательстве не веря собственным глазам. "Макс или не Макс?"
Поезд вкатился и мы семимильными шагами идем ему в след.

Только через неделю добравшись наконец до Интернета получаю вопрос:

"Это ты там с девченками стоял на путях?"
#3 |
Илья mix
15 апр 2018
Экспедиция по Поонежью на лыжах
Это Черное:

Голос моря-это долгий бесконечный вопль. Он останавливает вас на берегу. Он дарит ужас набегающей волны.Он давит заставляя убегать с берега.
Я видел его. я бежал по грани двух миров: тихого заспанного утреннего городка и неспящего моря. я держался за берег двумя ногами обутый в кроссовки и защищенный парапетом набережной. И был не шторм, но крупная зыбь раз за разом закудрявливала в набегающей волне гребешок пены и звонко шлепала в берег шурша крупной галькой. я искал бури- чтоб волна перекатывалась через волнорез, чтобы брызги пеленали парапет. Черный шар висел на будке спасателей, но бури не было. Чувствовал дикую силу, раз за разом посылающую пощечины земле. Боялся ее и гордился ей.

Это Белое:

Если с Черного сделать мгновенную фотографию, а затем забелить воду и небо молоком отодвинуть горы в полоску на горизонте и всё это хорошенько подморозить будет море Белое: Гандвик-батюшка. Голос Белого моря в ужасе застыл по краю торосов в двух километрах от берега поняв что убегает в никуда. Так ядерный взрыв в космосе не причиняет огромного вреда- вакуум не сопротивляется он всасывает энергию в себя. Широкая береговая отмель заканчивается чахлым болотным леском и негде остановится и неотчего отразится и усилится. Берег всасывает голос моря вместе с погодой. Где то за далеким горизонтом голос моря убаюкивает двойняшки-иголки в кронах сосен. Иголки сонливо потягиваются навстречу наливающемуся февральскому солнцу.

А здесь на краю торосов мы видим картину "Апофеоз воины". Наскочившие друг на друга голые черепа льдин застыли бесконечной волной идущей вдоль берега. Ярая битва вдруг наскочила на невидимое препятствие и замерла до весны. И мы идем по краю завороженного мира боясь неосторожным движением растревожить замороженных врагов.

С нами солидарен волчий след и след снегоходчика. Они добытчики- они уходят в торосы. А мы крадемся на лыжах на границе двух миров. Там за торосами горизонт убегает в небо. При каждом шаге дальние торосы шевелятся, перебегают, прячутся и волнуются как живые. Японский сад камней. Одной из основных особенностей сада камней является то, что в какой бы точке ни стоял наблюдатель, его взор упадёт на равное число камней. В нашем случае на бесконечное число льдин. Легкое солнечное марево заставляет ледянные осколки топтатся на месте. Я ощущал себя как Нил Армстронг на Луне.

На языке катается цитата Фленегана "У человека счастливого нет прошлого, тогда как у несчастливого не остается ничего другого."
За нами осталась вся область. Не ощущается вес предыдущих пяти дней. Прошлого не существует. Впереди где у самого горизонта сходится три стихии земля, вода и воздух колышется гора Ворзо.

Опоясывая лыжней море мы приближаемся к Ворзогорам. Солнце ушло за гору и здесь в тени горы. Торосы разверзли перед нами свои хищные жерла. Метровые льдины поставленные на попа, длинные трещины, сливы недавнего прилива заставляют жаться к земле , к горе, к ровному месту. Здесь высокий берег останавливает ветер, а вызнявшиеся льдины создали удобные углубления- здесь царствует пушистый снег.

Ребра былого шатра чернеют серебром сосны на снегу. Деревянная рыба укрывшаяся на дереве от снега. Одинокие качели убаюкивают море. Мы бредем брегом сквозь брошенные декорации фестиваля "Тайбола"

Хочется увидеть нерпу. Я жду её прогалах льдин, на небольших ровных островках. Но её нет. Она там у границы чистой воды где-то у перед горизонтом. Здесь из льдов возвращается к нам след волка и уходит тесниной ручья в гору.

Гора на изломе берега наконец сбросила лес. И я знаю что за этой лысиной в низине прячется деревня. Мы штурмуем крутояр. Я честно сразу снимаю лыжи. Хорошо утоптанный ветром снег держит меня и так. Возможность свалится на лыжах выше. Девчонки не следуют моему примеру и у них на лыжах получается медленнее чем у меня. Наверху, при виде деревни, меня подхватывает восторг. Дошли! Это самая крайняя точка путешествия, дальше только обратно.
Восторг несет меня еще выше на самую верхотуру прибрежного бугра. Отсюда видно почему мы не пошли на Кий- остров.
Ниже нас метров на 50 начинается лед и он продолжается в сторону горизонта километра на четыре а за ним видна темная полоса чистой воды. Она пролегла между нами и островом Кий. Дальше к горизонту снова виден лед. Море ещё гуляет.
#2 |
Михаил Светлов
Лондон
Лондиниум был основан римлянами вскоре после их вторжения в Британию летом 43 года. Поселение на северном берегу Темзы при впадении в неё реки Уолбрук должно было защищать деревянный мост, сооружённый через Темзу.
Турбюро "ЛАЧЕ": Советуем посетить Шотландию в следующем году!
#1 |
Александр Александровский
09 окт 2016
Отзыв о поездке
Париж вырос на месте поселения Лютеция (лат. lutum — что на латыни означает «грязь»), основанного кельтским племенем паризиев в III веке до н. э. Поселение располагалось на безопасном острове Сите, окружённом водами реки Сены. В начале II века до н. э. Лютеция была обнесена крепостной стеной. Основой экономики кельтского поселения была торговля: Сена связывала Средиземное море с Британскими островами. В 52 году до н. э. паризии присоединились к восстанию галлов против господства Рима под предводительством арвернского вождя Верцинге́торига. В том же году состоялась битва при Лютеции, в которой римляне одержали победу. К этому времени относятся сочинения Юлия Цезаря «Записки о Галльской войне», в которых была впервые упомянута Лютеция — «город паризиев, расположенный на одном из островов Сены». После того, как римский полководец Тит Лабиен осадил Лютецию, паризии разрушили мосты и сожгли город.

Римляне возвели город заново, построив из камня дороги, виллы, 16-километровый акведук, три термы, амфитеатр и форум с базиликой. Римская администрация разместилась на острове Сите, где продолжал функционировать порт. В III веке город подвергся набегам со стороны германского племени алеманнов, что привело к переселению жителей с левого берега Сены на более защищённый остров Сите. Тогда же Лютеция стала называться «городом паризиев» (лат. Civitas Parisiorum), а позднее Паризиумом (лат. Parisium). В IV веке в городе появилась первая христианская церковь. На V век пришлась деятельность святой Женевьевы, ставшей покровительницей Парижа. В 470 году салические франки во главе с Хильдериком I более 10 лет осаждали город. В конце V века Хлодвиг на время превратил Париж в столицу Франкского государства[3].
Турбюро "ЛАЧЕ": Спасибо за отзыв! Обращайтесь снова ;)

Написать отзыв

Выбрать файл